Dmitry Tartakovsky (dima75) wrote,
Dmitry Tartakovsky
dima75

Category:

В. И. Срыбник. Воспоминания. Начало войны

В первой половине мая 1941 г. я выехал на отдых в Крым, в санаторий «Жемчужина». До моего отъезда на отдых Люба с Лёнечкой находились на Криворожье. Я продолжал свой отдых в Крыму, однако на душе было тревожно, так как я прекрасно знал обстановку на границе. Не окончив отдыха, я решил провести остаток отпуска вместе с семьёй на Криворожье. В ночь с 21 на 22 июня 1941 г. мы с Любой ночевали у моих родителей по ул. Карла Маркса и после завтрака отправились к Любиным родителям, проживавшим на улице Глинки. Примерно в 12.30 мы пришли к ним и услышали, что фашистская Германия вероломно напала на нашу Родину, что немцы бомбят наши города, уже есть много погибших и большие разрушения. Я, услышав такое сообщение, быстро собрался и попрощался с родителями, сказав им, что война долго не продлится и мы скоро встретимся. Расставание было трогательным, моя мама сильно плакала и приговаривала: «Мы его больше не увидим». Вечером 22 июня я выехал к себе в дивизию. На вокзале Червоная меня провожали Люба, её сестра Роза с мужем Аркадием и Любин двоюродный брат Исаак Гесин. На вокзале я встретил своего однополчанина из 41 сд капитана Фёдора Ивановича Бояринцева, и мы с ним вдвоём на попутном транспорте 24 июня добрались до районного города Добросин, где находились наши дивизионные склады с боеприпасами. По дороге мы уже встречали следовавшие вглубь страны эшелоны с ранеными. Город Рава-Русская находился в наших руках.Я прибыл на командный пункт дивизии и встретил комиссара дивизии полкового комиссара Александра Матвеевича Антонова и начальника политотдела старшего батальонного комиссара Николая Афанасьевича Катасонова, которые дали мне указание развернуть дивизионный полевой клуб. Кадры для развёртывания полевого клуба были. Сразу же была создана агитбригада для обслуживания частей дивизии. В агитбригаду входили бывшие сотрудники Дома Красной Армии (ДКА) Василий Иванович Саенко, Соловьёв, Пташинский, Козаченко, Щиголь, Гробовенко, Горелый и жёны сотрудников ДКА — Козаченко и Пташинская. Агитбригаду возглавил младший политрук Степанов, который прибыл к нам после учёбы в училище партполитработников. В таком составе дивизионный полевой клуб 41 сд начал свою работу. Полевой клуб совместно с редакцией газеты «Сталинская правда» организовал выпуск боевых листков, регулярно писавших о героях дня. Наш фотограф Щиголь фотографировал героев боёв. Вечером, когда позволяла обстановка, наша спецмашина с киноустановкой демонстрировала кинокартины. Эту работу проводили Николай Горелый и киномеханики Иванов и Павленко. Наша агитбригада регулярно давала концерты для раненых, находившихся на излечении в медсанбате. Работники клуба под руководством политотдела дивизии проводили большую агитационно-массовую работу. Руководство дивизии было довольно работой полевого клуба.
Дивизионную газету «Сталинская правда» возглавлял старший политрук Сергей Сергеевич Вершикин. В тяжёлые дни оборонительных боёв 1941 г. газета сообщала на своих страницах о стойкости, мужестве и отваге воинов дивизии. Редакция, как правило, размещалась в лесах, а вся типографская техника находилась в двух спецмашинах. Кроме редакционных материалов газета публиковала большое количество статей на основе писем от солдат, командиров и политработников. Военные корреспонденты шли в бой вместе с частями, чтобы затем описать в газете мужество и отвагу воинов и их ненависть к врагу. Работники политотдела дивизии служили для всех образцами мужества и героизма. Вот два примера:
Старший политрук Василий Иванович Гаркуша был комиссаром штаба дивизии. Это был инициативный и бесстрашный политработник. Он первым обнаружил, что большая группа фашистов пытается окружить расположение штаба дивизии, собрал по тревоге комендантский взвод и умело организовал отпор. Прикрывая отход штаба, он в критические минуты первым поднимался и бросался в контратаку, увлекая за собой бойцов комендантского взвода. В этом бою, уже в конце отхода нашей группы прикрытия, смертельно раненого Гаркушу фашисты захватили в плен и, опознав в нём политработника, зверски искололи штыками и добили прикладами. Незабываемый подвиг старшего политрука Гаркуши, совершённый им в период обороны Киева в августе 1941 г., навсегда останется в нашей памяти.
Батальонный комиссар Михаил Архипович Власовец был секретарём дивизионной парткомиссии. Находясь на участке боевых действий 139 сп в районе села Потелич, где гитлеровцы бросали на наши позиции всё новые подкрепления, батальонный комиссар Власовец возглавил одну из контратак и погиб в ней.
В начале войны погибли и такие замечательные политработники, как Михаил Родзинский и Пётр Мироненко.
41 стрелковая дивизия в основном была укомплектована по штатному расписанию. Руководство дивизии предвидело, что фашистская Германия будет воевать против Советского Союза, и предприняло всё, чтобы достойно встретить врага. Однако бои пришлось вести с превосходящими силами фашистских армий, вероломно напавших на нашу Родину. Непосредственно перед линией обороны 41 сд противником были введены в бой 295, 24 и 296 пехотные дивизии 4 армейского корпуса 17 фашистской армии, 262 и 9 пехотные дивизии 44 армейского корпуса 6 армии. Пять полностью укомплектованных и имеющих боевой опыт фашистских дивизий в первом эшелоне, 14 моторизованный корпус во втором эшелоне, и всё это обрушилось на Рава-Русский укрепленный район. Имея более чем пятикратное превосходство, фашистское командование запланировало в первые сутки овладеть городом Рава-Русская, а на третьи сутки — Львовом. Невзирая на огромное превосходство вражеских сил, личный состав Рава-Русского УРа проявил чудеса стойкости и массового героизма. Гарнизоны ДОТов «Медведь» и «Незабудка» под командованием младшего лейтенанта Соловьёва в течение шести дней отражали ожесточённые атаки противника. Славный подвиг совершили воины ДОТа «Комсомолец» под руководством командира 36 отдельного пулемётного батальона старшего лейтенанта Мартынчика. Они уничтожили 10 танков и сотни гитлеровских солдат и офицеров. Оказавшись в окружении, наши бойцы отважно сражались с фашистами до 30 июня. Ценой огромных потерь гитлеровцы блокировали ДОТ и предложили советским бойцам сдаться. Но и под угрозой смерти мужественные воины не сложили оружия. Озверевшие фашисты направили против них огнемётные танки.
Немецкое командование забросило в наш тыл диверсионные и разведывательные группы, указывавшие места скопления наших войск и складов и зданий партийных и советских учреждений. С началом военных действий диверсанты начали обстрел отправляющихся на фронт частей. Обстрел вёлся из окон заранее подготовленных квартир и особенно усиливался во время бомбардировок. Часть диверсантов была переодета в советскую форму. Диверсанты убивали наших дорожных регулировщиц, перевешивали дорожные указатели и сеяли панику среди населения. Диверсионные группы были в основном укомплектованы украинскими националистами и перебежчиками, ненавидевшими Советскую власть. Наше командование быстро обнаруживало и ликвидировало такие группы.
244 и 102 стрелковые полки смелой контратакой отбросили немцев до самой госграницы, окружили и взяли в плен группу фашистов. Уже на второй день войны советский народ узнал про успешные контратаки 41 сд. В сводке за этот день, опубликованной 24 июня в печати и переданной по всесоюзному радио, говорилось: «На Шауляйском и Рава-Русском направлениях противник, вклинившийся с утра в нашу территорию, во второй половине дня контратакой наших войск был разбит и отброшен за государственную границу».
Фашистская пропаганда назвала 41 сд «железной дивизией», и такое звание, данное врагом, происходило из железной стойкости воинов нашей славной дивизии, в которой я сражался в первый период Великой Отечественной войны. Город Рава-Русская был оставлен только на пятые сутки по приказу командующего 6 армии генерала Музыченко, так как вражеские соединения прорвали оборону на участках соседних дивизий, и 41 сд оказалась под угрозой окружения. Половина личного состава защитников Рава-Русского УРа пали смертью храбрых, нанося вражеским силам невосполнимые потери. По данным фашистской администрации Рава-Русского района на его территории было захоронено 22 тысячи фашистских захватчиков.
Итак, наша 41 сд оставила Рава-Русскую 27 июня 1941 года. 27, 28 и 29 июня дивизия вела оборонительные бои на рубежах Добросин, Жолков, Куликув. 30 июня был получен приказ на оборону в районе Задвужье, в 25 км восточнее Львова. На данном рубеже противник, встретив упорное сопротивление, начал обтекать фланги дивизии и заходить в ее тылы. Сосед справа — 3 кавалерийская дивизия и сосед слева — 97 сд, не предупредив командира 41 сд, отошли. Дивизия начала бой за выход из кольца вражеских сил. Прорываясь в направлении Зборова, дивизия только 2 июля вырвалась из окружения, заняв оборону по восточному берегу реки Серет, южнее Тернополя.
Наше командование получило приказ совершить марш в район Проскурова — место сосредоточения 6-го корпуса, в который входила 41 сд. В дальнейшем поступил приказ прибыть в район населенного пункта Узин в 20 км восточнее Белой Церкви с целью пополнения дивизии личным составом и вооружением. К исходу 12 июля дивизия подошла к Белой Церкви. От неё осталось менее трети того, что было в первые дни войны. Но, главное, дивизия вышла из окружения в составе всех своих частей и подразделений, сохранив боеспособность.
В эти дни военный совет Юго-Западного фронта принял решение вывести 6 стрелковый корпус, в который входила наша дивизия, из состава 6 армии и включить его в состав 26 армии. Обстоятельства сложились так, что, не получив пополнения в личном составе и вооружении, дивизия снова вступила в бой с превосходящими силами врага. 16 июля 1941 г. на Белую Церковь обрушился мощный удар танковых и моторизованных соединений 14 моторизованного корпуса врага. 41 сд отражала атаки 16 моторизованной дивизии вермахта с 17 по 19 июля. Личный состав 41 сд продолжал отбивать непрерывные атаки мотопехоты и танков противника, неоднократно организовывая контратаки. И это несмотря на малочисленность и недостаток техники. Бойцы и командиры проявляли массовый героизм и стойкость, но, в конечном счёте, силы были неравны. Дивизия с тяжелыми боями отошла на Кагарлык и Ржищев и поступила в распоряжение 5 армии. В первых числах августа 1941 г. дивизия после трёхдневных дневных боев северо-западнее Ржищева была выведена на левый берег Днепра. Примерно 10 августа дивизия получила приказ прибыть в район Канева, где противник готовил переправу через Днепр. Отбросив уже переправившегося через Днепр противника, дивизия заняла оборону на левом берегу Днепра. Враг рвался в Киев. Чтобы укрепить оборону Киева, Ставка решила объединить все советские войска в районе Киева в 37 армию. Таким образом, наша 41 сд вошла в её состав. 37 армией командовал генерал-лейтенант Власов, который впоследствии перешел на сторону врага (это произошло, когда он командовал 2 ударной армией на Волховском фронте). 31 августа 1941 г 41 сд была переброшена специально поданным автотранспортом на рубеж западнее города Остёр. На данном рубеже дивизия получила приказ откомандировать в распоряжение 5 армии свой самый боеспособный — 102-й стрелковый полк. Полк на фронтовом автотранспорте был переброшен на Черниговское направление. Из дивизионной артиллерии в боях западнее города Остёр принимает участие только 249 гап. 132 ап, передав в состав 249 гап один двухбатарейного состава дивизион, убыл в город Яготин на доукомплектование. Противник подходил с севера к городу Козелец. Распоряжением командующего Юго-Западного фронта 41 сд получила задачу не допустить форсирование противником реки Остёр и прочно удерживать город Остёр. С утра 9 сентября 1941г. части дивизии отбивали атаки гитлеровцев. Генерал Микушев, командир 41 сд, получил сведения о прорыве противника на участке обороны 244 сп в районе моста через реку Остёр и срочно направился к месту боя.
«В боях за Козелец 41 сд дважды выбивала фашистские части из города — свидетельствует Маршал Советского Союза Баграмян — когда противник ворвался туда в третий раз, командир дивизии Микушев возглавил очередную контратаку, в этой контратаке он погиб». Прощание дивизии с генералом Микушевым состоялось 12 сентября 1941 г. Его похоронили в Киевском ботаническом саду в присутствии представителей всех частей (от каждого полка было по пять человек). На этих похоронах я был представителем политотдела дивизии. После войны я показал место захоронения, и мы, ветераны дивизии, со всеми почестями перезахоронили генерала Микушева на Лукьяновском кладбище города Киева. Большую помощь в перезахоронении оказал Радянский райвоенкомат Киева.





В. И. Срыбник второй справа.





В. И. Срыбник второй слева.





В центре стоит (с сигаретой) полк. комиссар Антонов. В. И. Срыбник слева в нижнем ряду (с сигаретой).





В. И. Срыбник справа.





В. И. Срыбник слева.





В. И. Срыбник слева.





Старший батальонный комиссар Катасонов проводит совещание. В. И. Срыбник справа.
Tags: 41 стрелковая дивизия, Дедушка Володя, История
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments